Авторы
 

XLVII

Нехлюдов уже давно дожидался в сенях. Приехав в острог, он позвонил у входной двери и подал дежурному надзирателю разрешение прокурора. — Вам кого? — Видеть арестантку Маслову. — Нельзя теперь: смотритель занят. — В конторе? — спросил Нехлюдов. — Нет, здесь, в посетительской, — отвечал смущенно, как показалось Нехлюдову, надзиратель. — Разве нынче принимают? — Нет, особенное дело, — сказал он. — Как же его увидать? — Вот выйдут, тогда скажете. Обождите. В это время из боковой двери вышел с блестящими галунами и сияющим, глянцевитым лицом, с пропитанными табачным дымом усами фельдфебель и строго обратился к надзирателю: — Зачем сюда пустили?.. В контору... — Мне сказали, что смотритель здесь, — сказал Нехлюдов, удивляясь на то беспокойство, которое заметно было и в фельдфебеле. В это время внутренняя дверь отворилась, и вышел запотевший, разгоряченный Петров. — Будет помнить, — проговорил он, обращаясь к фельдфебелю. Фельдфебель указал глазами на Нехлюдова, и Петров замолчал, нахмурился и прошел в заднюю дверь. «Кто будет помнить? Отчего они все так смущены? Отчего фельдфебель сделал ему какой-то знак?» — думал Нехлюдов. — Нельзя здесь дожидаться, пожалуйте в контору, — опять обратился фельдфебель к Нехлюдову, и Нехлюдов уже хотел уходить, когда из задней двери вышел смотритель, еще более смущенный, чем его подчиненные. Он не переставая вздыхал. Увидав Нехлюдова, он обратился к надзирателю. — Федотов, Маслову из пятой женской в контору, — сказал он. — Пожалуйте, — обратился он к Нехлюдову. Они прошли по крутой лестнице в маленькую комнатку с одним окном, письменным столом и несколькими стульями. Смотритель сел. — Тяжелые, тяжелые обязанности, — сказал он, обращаясь к Нехлюдову и доставая толстую папиросу. — Вы, видно, устали, — сказал Нехлюдов. — Устал от всей службы, очень трудные обязанности. Хочешь облегчить участь, а выходит хуже; только и думаю, как уйти: тяжелые, тяжелые обязанности. Нехлюдов не знал, в чем особенно была для смотрителя трудность, но нынче он видел в нем какое-то особенное, возбуждающее жалость, унылое и безнадежное настроение. — Да, я думаю, что очень тяжелые, — сказал он. — Зачем же вы исполняете эту обязанность? — Средств не имею, семья. — Но если вам тяжело... — Ну, все-таки я вам скажу, по мере сил приносишь пользу, все-таки, что могу, смягчаю. Кто другой на моем месте совсем бы не так повел. Ведь это легко сказать: две тысячи с лишним человек, да каких. Надо знать, как обойтись. Тоже люди, жалеешь их. А распустить тоже нельзя. Смотритель стал рассказывать недавний случай драки между арестантами, кончившейся убийством. Рассказ его был прерван входом Масловой, предшествуемой надзирателем. Нехлюдов увидал ее в дверях, когда она еще не видала смотрителя. Лицо ее было красно. Она бойко шла за надзирателем и не переставая улыбалась, покачивая головой. Увидав смотрителя, она с испуганным лицом уставилась на него, но тотчас же оправилась и бойко и весело обратилась к Нехлюдову. — Здравствуйте, — сказала она, нараспев и улыбаясь и сильно, не так, как тот раз, встряхнув его руку. — Я вот привез вам подписать прошение, — сказал Нехлюдов, немного удивляясь на тот бойкий вид, с которым она нынче встретила его. — Адвокат составил прошение, и надо подписать, и мы пошлем в Петербург. — Что же, можно и подписать. Все можно, — сказала она, щуря один глаз и улыбаясь. Нехлюдов достал из кармана сложенный лист и подошел к столу. — Можно здесь подписать? — спросил Нехлюдов у смотрителя. — Иди сюда, садись, — сказал смотритель, — вот тебе и перо. Умеешь грамоте? — Когда-то знала, — сказала она и, улыбаясь, оправив юбку и рукав кофты, села за стол, неловко взяла своей маленькой энергической рукой перо и, засмеявшись, оглянулась на Нехлюдова. Он указал ей, что и где написать. Старательно макая и отряхивая перо, она написала свое имя. — Больше ничего не нужно? — спросила она, глядя то на Нехлюдова, то на смотрителя и укладывая перо то на чернильницу, то на бумаги. — Мне нужно кое-что сказать вам, — сказал Нехлюдов, взяв у нее из рук перо. — Что же, скажите, — сказала она и вдруг, как будто о чем-то задумалась или захотела спать, стала серьезной. Смотритель встал и вышел, и Нехлюдов остался с ней с глазу на глаз.
Atlex - надежный хостинг
Email: otklik@ilibrary.ruО библиотеке
©1996—2017 Алексей Комаров. Подборка произведений, оформление, программирование.
Яндекс.Метрика