Подражания Корану 1
|
I
Клянусь четой и нечетой,
Клянусь мечом и правой битвой, Клянуся утренней звездой, Клянусь вечернею молитвой: 2 Нет, не покинул я тебя.
Кого же в сень успокоенья Я ввел, главу его любя, И скрыл от зоркого гоненья? Не я ль в день жажды напоил
Тебя пустынными водами? Не я ль язык твой одарил Могучей властью над умами? Мужайся ж, презирай обман,
Стезею правды бодро следуй, Люби сирот, и мой Коран Дрожащей твари проповедуй. IIО, жены чистые пророка,
От всех вы жен отличены: Страшна для вас и тень порока. Под сладкой сенью тишины Живите скромно: вам пристало Безбрачной девы покрывало. Храните верные сердца Для нег законных и стыдливых, Да взор лукавый нечестивых Не узрит вашего лица! А вы, о гости Магомета,
Стекаясь к вечери его, Брегитесь суетами света Смутить пророка моего. В паренье дум благочестивых, Не любит он велеречивых И слов нескромных и пустых: Почтите пир его смиреньем, И целомудренным склоненьем Его невольниц молодых 3. IIIСмутясь, нахмурился пророк,
Слепца послышав приближенье: 4 Бежит, да не дерзнет порок Ему являть недоуменье. С небесной книги список дан
Тебе, пророк, не для строптивых; Спокойно возвещай Коран, Не понуждая нечестивых! Почто ж кичится человек?
За то ль, что наг на свет явился, Что дышит он недолгий век, Что слаб умрет, как слаб родился? За то ль, что бог и умертвит
И воскресит его В— по воле? Что с неба дни его хранит И в радостях и в горькой доле? За то ль, что дал ему плоды,
И хлеб, и финик, и оливу, Благословив его труды, И вертоград, и холм, и ниву? Но дважды ангел вострубит;
На землю гром небесный грянет: И брат от брата побежит, И сын от матери отпрянет. И все пред бога притекут,
Обезображенные страхом; И нечестивые падут, Покрыты пламенем и прахом. IVС тобою древле, о всесильный,
Могучий состязаться мнил, Безумной гордостью обильный; Но ты, господь, его смирил. Ты рек: я миру жизнь дарую, Я смертью землю наказую, На всё подъята длань моя. Я также, рек он, жизнь дарую, И также смертью наказую: С тобою, боже, равен я. Но смолкла похвальба порока От слова гнева твоего: Подъемлю солнце я с востока; С заката подыми его! VЗемля недвижна В— неба своды,
Творец, поддержаны тобой, Да не падут на сушь и воды И не подавят нас собой 5. Зажег ты солнце во вселенной,
Да светит небу и земле, Как лен, елеем напоенный, В лампадном светит хрустале. Творцу молитесь; он могучий:
Он правит ветром; в знойный день На небо насылает тучи; Дает земле древесну сень. Он милосерд: он Магомету
Открыл сияющий Коран, Да притечем и мы ко свету, И да падет с очей туман. VIНе даром вы приснились мне
В бою с обритыми главами, С окровавленными мечами, Во рвах, на башне, на стене. Внемлите радостному кличу,
О дети пламенных пустынь! Ведите в плен младых рабынь, Делите бранную добычу! Вы победили: слава вам,
А малодушным посмеянье! Они на бранное призванье Не шли, не веря дивным снам. Прельстясь добычей боевою,
Теперь в раскаянье своем Рекут: возьмите нас с собою; Но вы скажите: не возьмем. Блаженны падшие в сраженье:
Теперь они вошли в эдем И потонули в наслажденьи, Не отравляемом ничем. |
VII
Восстань, боязливый:
В пещере твоей Святая лампада До утра горит. Сердечной молитвой, Пророк, удали Печальные мысли, Лукавые сны! До утра молитву Смиренно твори; Небесную книгу До утра читай! |
VIII
Торгуя совестью пред бледной нищетою,
Не сыпь своих даров расчетливой рукою: Щедрота полная угодна небесам. В день грозного суда, подобно ниве тучной, О сеятель благополучный! Сторицею воздаст она твоим трудам. Но если, пожалев трудов земных стяжанья,
Вручая нищему скупое подаянье, Сжимаешь ты свою завистливую длань, В— Знай: все твои дары, подобно горсти пыльной, Что с камня моет дождь обильный, Исчезнут В— господом отверженная дань. |
IX
И путник усталый на бога роптал:
Он жаждой томился и тени алкал. В пустыне блуждая три дня и три ночи, И зноем и пылью тягчимые очи С тоской безнадежной водил он вокруг, И кладез под пальмою видит он вдруг. И к пальме пустынной он бег устремил,
И жадно холодной струей освежил Горевшие тяжко язык и зеницы, И лег, и заснул он близ верной ослицы В— И многие годы над ним протекли По воле владыки небес и земли. Настал пробужденья для путника час;
Встает он и слышит неведомый глас: В«Давно ли в пустыне заснул ты глубоко?В» И он отвечает: уж солнце высоко На утреннем небе сияло вчера; С утра я глубоко проспал до утра. Но голос: В«О путник, ты долее спал;
Взгляни: лег ты молод, а старцем восстал; Уж пальма истлела, а кладез холодный Иссяк и засохнул в пустыне безводной, Давно занесенный песками степей; И кости белеют ослицы твоейВ». И горем объятый мгновенный старик,
Рыдая, дрожащей главою поник... И чудо в пустыне тогда совершилось: Минувшее в новой красе оживилось; Вновь зыблется пальма тенистой главой; Вновь кладез наполнен прохладой и мглой. И ветхие кости ослицы встают,
И телом оделись, и рев издают; И чувствует путник и силу, и радость; В крови заиграла воскресшая младость; Святые восторги наполнили грудь: И с богом он дале пускается в путь. |
Примечания
1 В«Нечестивые, пишет Магомет (глава Награды), думают, что Коран есть собрание новой лжи и старых басенВ». Мнение сих нечестивых, конечно, справедливо; но, несмотря на сие, многие нравственные истины изложены в Коране сильным и поэтическим образом. Здесь предлагается несколько вольных подражаний. В подлиннике Алла везде говорит от своего имени, а о Магомете упоминается только во втором или третьем лице.
2 В других местах Корана Алла клянется копытами кобылиц, плодами смоковницы, свободою Мекки, добродетелию и пороком, ангелами и человеком и проч. Странный сей реторический оборот встречается в Коране поминутно.
3 В«Мой пророк, прибавляет Алла, вам этого не скажет, ибо он весьма учтив и скромен; но я не имею нужды с вами чинитьсяВ» и проч. Ревность араба так и дышит в сих заповедях.
4 Из книги Слепец.
5 Плохая физика; но зато какая смелая поэзия!
| о тексте/оглавление |
