Дыня
Потом мы смотрели, как растет дыня. Одну мы видели длинную. И она зеленая. Только немножко желтая.
Дедушка сказал:
— Ты понюхай.
Я сначала не хотел, а потом понюхал.
Она очень хорошо пахнет.
Дедушка тоже совсем нагнулся и тоже понюхал, а потом вынул ножик и отрезал дыню.
И сказал мне:
— Неси. Мы ее будем есть.
И мы пошли в шалаш. Собаки встали и к нам подошли. Только они не лаяли, а махали хвостами. И большая собака подошла ко мне, меня понюхала и лизнула прямо в ухо.
А я дыню нес двумя руками, потому что она очень тяжелая, и не мог отогнать собаку. А она взяла и еще меня лизнула.
Дедушка ей сказал:
— Геть!
И топнул ногой. Она отбежала.
Мы залезли в шалаш. Я там мог стоять, как в домике. А дедушка и дядя Опанас не могли. И они стали на коленки.
В шалаше было совсем не жарко и очень хорошо. Потому что прохладно. А внизу был коврик из травы.
Это дедушка сам сплел из камыша.
А дядя Опанас вдруг говорит:
— А что я тебе, дедушка, принес!
Полез за пазуху и оттуда вынул что-то завернутое в платок. А в платке хлеб. Только круглый, как крендель. А я не знал, что мы крендель несем.
А я все равно сказал:
— Вот что мы принесли, только я не знал.
Дедушка сказал:
— Ну, спасибо вам, что калач принесли.
Собаки стояли около самого входа, на солнышке. Они на нас смотрели и облизывались.
У дедушки был черный хлеб. Он отрезал ножиком кусок, потом поломал пополам. И сказал мне, чтоб я дал собакам.
Я пошел к собакам. А они обе — ко мне. Я хлеб назад запрятал и боялся дать, чтоб они за руку не укусили. И хотел кинуть. А я только хлеб поднял, большая собака — гам! — и схватила. Она за хлеб схватила, а руку не укусила. Я отпустил и хотел крикнуть: «Ай, ай!» — а не крикнул, потому что дядя Опанас и дедушка смотрели. А маленькая собака забежала сзади и тоже хлеб схватила. И прямо проглотила сразу. И они обе стали меня нюхать. И совсем мордочками тыкать. Я нарочно руки раскрыл и им показывал, что больше нет. И пошел в шалаш.
А они в шалаш не смели ходить. И опять легли на солнышке.
Дедушка разрезал дыню. Она там розовая. И еще больше пахнет. А в самой середине — длинненькие семечки. Их можно раскусить. У них кожура очень тонкая. И там в середине зернышко.
Дедушка сказал:
— Это что! А вот кабаковые семечки — так те самые вкусные.
И сказал, что потом даст и кабаковых семечек. А что сейчас будем дыню есть.
И мы все ели дыню. И я очень наелся дыни. Она вкусная. И в ней очень много соку.
© Это произведение перешло в общественное достояние, поскольку написано автором, умершим более семидесяти лет назад, и опубликовано прижизненно, либо посмертно, но с момента публикации также прошло более семидесяти лет. Оно может свободно использоваться любым лицом без чьего-либо согласия или разрешения и без выплаты авторского вознаграждения.