Глава XV
в которой рассказывается и сообщается о том, кто такие были Рыцарь Зеркал и его оруженосец
Дон Кихот ехал весьма довольный собой, гордясь и чванясь одержанной победой, ибо он воображал, что Рыцарь Зеркал был очень могучим воином, и, полагаясь на его рыцарское слово, надеялся узнать, все ли еще длятся чары над его дамой: ибо такой рыцарь после поражения не мог не вернуться и не дать ему отчета о своем свидании с Дульсинеей, — не то он перестал бы быть рыцарем. Но одно думал Дон Кихот, а другое — Рыцарь Зеркал, ибо, как уже было сказано, в ту пору он думал только об одном: где бы ему перевязать свои раны. Дело в том, что в истории нашей рассказывается, как бакалавр Самсон Карраско посоветовал Дон Кихоту продолжать оставленную им жизнь странствующего рыцаря; сделал он это потому, что предварительно долго совещался со священником и цирюльником о мерах, которые следовало принять, чтобы заставить Дон Кихота тихо и мирно сидеть дома и не гоняться за злополучными приключениями; на этом совете все сообща, а Карраско в особенности, пришли к заключению, что поскольку Дон Кихота удержать невозможно, то пусть он себе едет, а впоследствии Самсон, под видом странствующего рыцаря, встретит его на дороге, вступит с ним в бой — повод к бою всегда найдется — и победит: последнее казалось им делом нетрудным; перед боем же он должен был уговориться и условиться с Дон Кихотом, что побежденный отдаст себя во власть победителя; победив его, рыцарь-бакалавр должен был приказать ему вернуться восвояси в деревню и не отлучаться из нее в течение двух лет, или до тех пор, пока он не даст ему другого приказания: было ясно, что побежденный Дон Кихот, несомненно, исполнит это приказание, дабы не нарушать и не преступать законов рыцарства, а там, за время своего заточения, он, быть может, и позабудет о своих сумасбродствах, или же его друзьям удастся раздобыть какое-нибудь подходящее лекарство от его безумия.
Карраско на все это согласился, а в качестве оруженосца предложил ему свои услуги Томе Сесьяль, кум и сосед Санчо Панса, человек веселый и дурачливый. Самсон нарядился, как уже было описано, а Томе Сесьяль примостил себе поверх настоящего приставной маскарадный нос, о котором мы уже упоминали, для того чтобы кум не узнал его при встрече; затем поехали они по той же дороге, что и Дон Кихот, и настигли его почти в ту самую минуту, когда он столкнулся с колесницей Смерти; наконец они встретились в лесу, где и произошло между ними все то, о чем внимательный читатель уже знает; и если бы не удивительная фантазия Дон Кихота, заставившая его поверить, что бакалавр не был бакалавром, сеньор бакалавр навсегда лишился бы возможности дойти до степени лиценциата, ибо там, где он собирался найти птиц, он не нашел даже гнезд. Томе Сесьяль, увидев, как плохо кончилась их затея и как печально завершилось их путешествие, сказал бакалавру:
— Право, сеньор Самсон Карраско, мы наказаны по заслугам; легко задумать и предпринять какое-нибудь дело, но часто бывает трудно из него выпутаться: Дон Кихот сумасшедший, а мы с вами в здравом рассудке, между тем он остался невредим и посмеивается, а ваша милость побита и в огорчении. Скажите вы мне теперь, кто более безумен — тот ли, кому иначе и быть нельзя, или тот, кто безумствует по доброй воле?
На это Самсон ответил:
— Разница между этими двумя сумасшедшими состоит в том, что безумец поневоле — всегда таковым и останется, а добровольный безумец может стать здравомыслящим, когда ему вздумается.
— Раз это так, — ответил Томе Сесьяль, — то я, который по доброй воле сделался безумцем, пожелав стать оруженосцем вашей милости, теперь столь же добровольно желаю бросить эту службу и вернуться к себе домой.
— Поступайте, как знаете, — ответил Самсон, — только не воображайте понапрасну, будто я вернусь домой до того, как поколочу Дон Кихота; теперь я буду преследовать его не из желания вернуть ему рассудок, а из мести, ибо ребра мои так сильно болят, что мне не приходится думать о сострадании.
Так беседуя, доехали они до деревни, где им посчастливилось найти костоправа, который подлечил злополучного Самсона. Томе Сесьяль покинул его и вернулся домой, а бакалавр, оставшись один, стал обдумывать свою будущую месть; в свое время наша история еще вернется к нему, теперь же она спешит потешить себя Дон Кихотом.
© Это произведение перешло в общественное достояние. Произведение написано автором, умершим более семидесяти лет назад, и опубликовано прижизненно, либо посмертно, но с момента публикации также прошло более семидесяти лет. Оно может свободно использоваться любым лицом без чьего-либо согласия или разрешения и без выплаты авторского вознаграждения.